Первый инженер [СИ] - Олег Геманов

— Павел Анисимович, прошу вас подойти к людям и стать рядом с э-э-э господином Осиповым, — голос Бена звучал ровно, но Николай отчетливо уловил с каким пренебрежением произнес его фамилию четвертый мужчина свиты Ослепительной. — Хорошо. Теперь послушайте меня. Молча. Это не займет много времени.

Бен ненадолго замолчал, резко тряхнул головой и все тем же спокойным голосом начал говорить:

— Возникла серьёзная проблема, причем возникла неожиданно и не по нашей вине. Мы сами узнали о ней, буквально несколько часов назад. Проблема решаема и решать её придется вам, — увидев что Осипов открыл рот, явно намереваясь задать вопрос, Бен нахмурился, всем своим видом показывая, что никаких вопросов сейчас задавать не нужно. — Так как вы по объективным причинам не успели получить от Павла Анисимовича необходимый минимум информации, то мне сейчас придется быстро ввести вас в курс дела. В нашем, да и не только нашем мире существуют определенные незыблемые законы, над которыми даже мы не властны. И существуют законы, которые мы можем в случае крайней необходимости немного подкорректировать. Чтобы было понятно, приведу наглядный пример. Президент России может выпустить указ о повышении денежного довольствия военным в два раза. А потом изменить его и увеличить довольствие не в два, а скажем в три раза. И оно будет увеличено. Но у Президента не получится указом изменить число «пи», так чтобы оно стало равно, ну скажем семидесяти трем. Конечно на бумаге такой закон он издать сможет, но от этого число «пи» физически не изменится.

Бен неожиданно прервал свою речь, подошел к столу, налил в высокий стеклянный стакан воды из большого пузатого графина. Осипов точно видел, что до этого момента никакого графина на столе не стояло. Впрочем так же как и стакана. Напившись Бен продолжил:

— В вашем случае мы скорректировали, а где и прямо нарушили все законы подвластные нашему вмешательству. Поэтому спрашивать меня почему именно вы будете решать проблему не нужно. Ответ и так понятен. Потому что по другому просто невозможно, — Бен заложил руки за спину и стал прохаживаться перед неподвижно застывшими людьми. — Вдвоем вы не справитесь, поэтому было принято решение отправить вместе с вами нашего уважаемого сотрудника Павла Анисимовича Нагибина.

При этих словах старик издал непонятный горловой звук и дернулся всем телом. На лице оформителя отчетливо читалась ожесточенная борьба служебного долга с субординацией и дисциплиной. После тяжелых и кровопролитных боев победил долг. Дедок на негнущихся ногах сделал шаг вперед и большим трудом произнес:

— Прошу прощения, господин Бенвенуто, но это решительно невозможно! Это недопустимое нарушение всего регламента оформления! Это неслыханно!

Бен, оказавшийся на самом деле не американцем, как до этого времени думал Николай, а каким-то непонятным французом, примиряюще поднял обе руки кверху:

— Павел Анисимович! Ну, как вы могли подумать о нарушении! Всё в порядке, можете сами убедиться.

Несмотря на почтенный возраст «уважаемый сотрудник» пулей метнулся к столу и так дернул за ручку выдвижного ящика, что всё его содержимое вылетело на паркет. Дрожащими руками старик схватил толстенную книгу в синем переплете и громко пыхтя, лихорадочно зашелестел страницами. Нашел по видимому нужный раздел и около минуты водил взглядом по строчкам, причмокивая при этом губами. Положив книгу на стол, дедок с трудом поднялся на ноги:

— Прошу прощения, господин Бенвенуто. Виноват, сильно погорячился. В своё оправдание могу только сказать, что изменения в регламент внесены полторы минуты назад. И касаются они только меня лично.

Бенвенуто милостиво улыбнулся Павлу Анисимовичу и продолжил свою речь. На этот раз француз с ходу начал рассказывать о каких-то непонятных блоках для сборки различных миров, о невидимых связующих нитях между мирами и еще более таинственных якорях, которые играют огромную роль для мироздания в частности и вселенной в общем. Для чего это он всё рассказывал, Николай совершенно не понимал. Через пару минут Осипов абсолютно потерял нить рассказа и улавливал лишь отдельные знакомые слова и изредка целые предложения.

Ни с того ни с сего Бенвенуто оборвал свою речь на полуслове, приложил левую руку к уху и неподвижно уставился в одну точку:

— Да, Госпожа. Нет, Госпожа. Да, понял. Выполняю, — Бенвенуто опустил руку, ошарашенно посмотрел на людей. — Нам немедленно нужно прибыть на Край. Возникли непредвиденные осложнения. За мной, бегом!

И француз подхватив под руки Осипова с Шипулиным ринулся к двери. За ней обнаружился небольшой холл с раскидистыми фикусами в покрашенных лаком кадках. Мгновенно пробежали холл, и выскочили прямо в длиннющий коридор с постеленной на полу красной ковровой дорожкой.

— Вперед! Держаться рядом со мной! — на бегу прокричал Бенвенуто, обернулся назад и рявкнул на отставшего Павла Анисимовича — Ты что там копаешься? Быстрей!

— Я личные дела в сейф положил. По другому никак! — отозвался подозрительно бодрым голосом дедок. Словно это не он совершал спринтерский забег по зданию, а как минимум кандидат в мастера спорта по легкой атлетике. — Сейчас догоню вас.

И почтенный старик так припустил по коридору, что даже обогнал всех остальных и первым выскочил из здания.

События дальнейших нескольких минут Осипов помнил урывками. Перед глазами мелькали незнакомые лица, со всех сторон раздавались встревоженные крики, по ушам постоянно молотил дикий рев француза: «Вперед! Вперед»! Когда Николай понял, что больше не сможет сделать ни одного шага, и просто рухнет как мешок с картошкой на землю, Бенвенуто резко остановился. Инженер со всего разбега врезался ему в спину, и со слабыми проклятиями свалился на мягкую траву. Через секунду, на него упал забойщик, как оказалось обладавший весьма приличным весом, а в довершении всех бед по спине Николая пробежал Павел Анисимович. Единственным утешением в данной ситуации для Осипова остались вежливые извинения старика. Впрочем весьма формальные.

Инженер закрыл глаза и обхватил голову руками.

— Пусть что хотят, то и делают, я больше никуда идти не намерен, — отстранено размышлял он. — Мне надо чуток полежать, успокоиться. Хоть немного в себя придти. А то так и с ума сойти недолго.

Слишком много всего навалилось на него за сегодняшней день. Даже собственная смерть начала представляться Николаю на фоне последующих за ней событиями весьма рутинным мероприятием, не заслуживающим особого внимания.

Но отдохнуть Осипову не дали. Чьи-то сильные руки подхватили его с земли и куда-то потащили. Тот факт, что по пути Осипова два раза уронили совершенно не прибавил ему оптимизма. Несли Николая совсем недолго и по прибытию на место весьма невежливо поставили на ноги. Осмотревшись по сторонам инженер сразу понял, что оказался он именно на Краю, а ни где нибудь в другом месте. Так как, ничем кроме Края данная местность быть не могла. Сзади Николая находился обычный земной пейзаж. Небольшой поросший кустарником холм, с него спускается еле накатанная грунтовая дорога. Под ногами путается высокая трава, летает мошкара. А вот впереди… Впереди ничего не было. Совершенно ничего, просто пустота. Николай несколько секунд пристально всматривался в пустоту. Он почему то был полностью уверен, что в глубине этого отсутствия чего либо обязательно будут сверкать яркими бриллиантами звезды. Но нет. Ни малейшей искорки там не наблюдалось.